Шакирьян ЮМАГУЛОВ: МЫ ЕЩЕ ПОЖИВЕМ!

Ш. ЮмагуловЯ встретилась с Шакирьяном Фазлыахметовичем в Совете ветеранов Усинска. Высокий, красивый мужчина с благородной сединой остановился у Доски почета, увидев на одном из снимков фронтовика Великой Отечественной войны Николая Филина.

– Это мой друг! Представляете, здесь, в Усинске, я совершенно случайно встретил однополчанина! Полтора года назад он умер…

Вспомнив о товарище, мой собеседник украдкой утер слезу.

– Это все возраст, – как бы оправдываясь, сказал он.

 

ПОЛВЕКА С ОСКОЛКОМ

…Время бежит, а я все слушаю Шакирьяна Фазлыахметовича, который подробно рассказывает мне, где родился, когда был призван на фронт, как воевал. Я не перебиваю, хотя мне давно известна его биография. О ветеране уже не раз писали, информация есть в справочнике «Гордость Усинска». Но между строк проскальзывают такие чувства и факты, не сказать о которых просто нельзя.

Например, в боях той далекой войны Шакирьян Юмагулов получил 11 ранений. Одно из напоминаний о том времени ветеран показал мне. Это семисантиметровый шрам на затылке. Смотришь и удивляешься: что это, судьба, счастливый случай или искусство фронтовых врачей, которые, как говорит фронтовик, вернули его с того света?

А вот еще одно «яркое воспоминание». Полвека человек носил под сердцем осколок, который практически его не беспокоил. Потом врачи достали из старой раны пятимиллиметровый кусочек металла.

…Пытаюсь выведать у Шакирьяна Фазлыахметовича, что на войне запомнилось первым.

– Знаете, недавно на праздничном обеде я посмотрел на красивый стол с угощением. И вспомнил свой суточный паек под Сталинградом, – рассказывает ветеран. – А было там 15 граммов сахара, 150 граммов хлеба и 20 граммов крупы.

И еще артиллерист чувствовал тогда: в этом сражении под Сталинградом решится в войне если не все, то многое. Недаром туда стягивались эшелоны бойцов, колонны техники. И его, восемнадцатилетнего парня, после учебки послали сразу в город Калач – это в 60 километрах от Сталинграда. Оттуда наши войска и начали наступление, тогда артиллерист Ш. Юмагулов впервые был ранен и попал в госпиталь. Но как бы там ни было, он причастен к разгрому армии Паулюса. Как сообщалось в сводках того времени, немцы понесли под Сталинградом большие потери: было убито и захвачено в плен 360 тысяч солдат и офицеров, 68 генералов.

На мой наивный вопрос, страшно ли было, я не слышу ответа. Волнуется ветеран, тяжело вздыхает. Прошу прощения и пытаюсь перевести разговор, но Шакирьян Фазлыахметович сам возвращается к теме:

– Помню парня, у которого вечером волосы были черные, а наутро он поседел.

 

В ГАЛИФЕ И АНГЛИЙСКОМ БОТИНКЕ

Я не могу и не хочу больше спрашивать о грустном, поэтому задаю вопрос о главном для любого ветерана событии – о Дне Победы. Как оказалось, наш артиллерист встретил его в Польше, в госпитале города Краков.

– Помню, как на улицах стреляли, и медсестры подняли всех, кто мог сам передвигаться, – уже улыбаясь, рассказывает ветеран. – Думали, что немцы наступают, собрались эвакуироваться, но тревога была напрасной. Это наши палили в воздух от радости. Кто-то прокричал: «Ура, победа!» – словами не передать, какие это дорогие были для нас слова!

Через несколько дней Шакирьяна позвал к себе врач, и тогда состоялся вот такой диалог:

– Ну что, боец, выписываться будем?

– А как же!

– Ну, тогда забирай свою одежду и гуляй домой.

– Так это… Нет у меня одежды. Меня сюда из полевого госпиталя лежачим привезли, в одном исподнем.

– Ну, тогда я тебя не выпишу. (Тут врач засмеялся)

– А я – через забор! Пешком до Башкирии дойду, босиком!

Конечно, Юмагулова выписали. Но его возвращение домой было не таким, как показывают в фильмах о войне. Помните, фронтовики возвращаются в село в красивой форме, с орденами и медалями? А моему собеседнику одежду собирал госпиталь – всем миром. Один ботинок был английского производства, другой наш, советский. И галифе кавалерийские!

– Похож был на пугало, которое на огородах ставят ворон гонять, – снова улыбается воин. – Но это было не главное. Очень хотелось в деревню, к маме, отцу, родным – у меня ведь родных сестер и братьев было девять!

И только после завершения войны грудь Ш. Юмагулова украсили боевые награды: орден Отечественной войны I степени и медаль «За отвагу». И эти награды для него бесценны!

– Знаете, я верю в Бога, – признается ветеран. – Он помог мне и двоим братьям выжить в той страшной войне, мама всегда ценила это и благодарила Всевышнего. Он помогает мне жить и сейчас.

 

НЕ В СОЧИ, А В БАШКИРИЮ

После войны он устроился в колхозе водителем, женился. Потом родились дочь Зульфира и сын Азат. Дети выросли, позже пришлось похоронить жену. Уже выйдя на пенсию, в начале 80-х он приехал в Усинск на заработки – катастрофически не хватало денег. Ему понравилось на Севере, и он остался. Сегодня живет на два дома. Все праздники старается проводить в Усинске, ведь он активист Совета ветеранов. А на лето уезжает на родину, в Башкирию. Знает, что такого вкусного кумыса и меда, как там, нет больше нигде!

– Мне тут предложили путевку в санаторий в Сочи, но я туда не поеду. Далеко, да и что там делать? У меня в Башкирии внуки, правнуки, там здоровье и поправляю, – говорит он, а еще не без гордости добавляет: – Кстати, я за всю жизнь ни одной сигареты не выкурил, ни разу не напивался.

И я понимаю, что уважение и почет Шакирьян Фазлыахметович заслужил не только своим военным прошлым – всей жизнью!

– Люблю современную молодежь, – в завершение встречи признается Шакирьян Юмагулов. – Надо только чаще рассказывать им о войне, о том, какой путь пришлось пройти нам. Для того чтобы знали и помнили. Пусть у них все будет хорошо. Ну а мы еще поживем!

Анна ТКАЧЕНКО

На снимке Василия ОСТАФИЧУКА: Ш. Юмагулов

Оставьте комментарий

Пролистать наверх