ДО МОСКВЫ ТРУБА ДОТЯНЕТСЯ

…В тот вечер гармонист был в ударе. Пальцы буквально плясали на кнопочках, мелькали меха трехрядки. Широкая белозубая улыбка и пышный волнистый каштановый чуб – от парня глаз не оторвать.

супруги Полушины в 60-е годы

 

СЫГРАЙ МНЕ!

– Во дает сегодня Аркашка! Наяривает – на месте не устоишь! – восхищались его дружки, отплясывая барыню.

Но не все танцевали в тот далекий осенний вечер 1961 года в сельском клубе. С веселого гармониста не сводила горящий взгляд Галинка, доярка из соседнего колхоза. Когда завклубом объявил последний танец, она, вздохнув, решительно подошла к весельчаку Аркадию и попросила: сыграй, мол, мою любимую…

– Сегодня я не помню, что тогда на вечерке заказала. Но не забуду, как от волнения в ушах звенело, – рассказывает сегодня Галина Михайловна Полушина.

– А я искру поймал и сразу понял: есть контакт! – смеется ее седовласый супруг Аркадий Михайлович. – Год мы встречались. К милой ездил на лодке через Вятку с гармонью на плече, пока 14 октября 62-го свадьбу не отыграли.

Дальнейший отрезок биографии Полушиных мало чем отличается от судеб многих других нижнеодесских ветеранов, которые в начале 60-х годов приехали на Север строить экономический фундамент семейного благополучия. Планировали за три-пять лет управиться, а остались навсегда. И построили не только личный базис – дали жизнь всему поселку.

…Аркадий Полушин уверен, что ему в жизни повезло на встречи с хорошими людьми. Одним из них был знаменитый начальник УБР Александр Пантелеймонович Якимов. Именно он летом 1963 года разглядел в характере сельского паренька особый стержень, поэтому и направил его в Ухту на курсы бурильщиков. И не ошибся: из Аркадия Полушина получился профессионал высокого уровня, впоследствии отдавший нефтяной отрасли почти 35 лет своей жизни.

Как считает ветеран-буровик, если все погонные метры, которые он пробурил со своей бригадой на юге Тимано-Печоры, сложить, то от Нижнего Одеса до самой Москвы труба дотянется. Но память человека такова, что удерживает она прежде не радостные моменты успеха и трудовых достижений, а то, о чем в прошлые годы не принято было рассказывать журналистам. А ведь биография бурильщика могла бы и вовсе не состояться, потому как в самом ее начале произошел, скажем так, неординарный случай.

– Вот свидетель того события – мой культяпистый мизинец, – начал рассказ бывший бурильщик, продемонстрировав свою рабочую пятерню с укороченным пальцем. – Тогда наша бригада стояла на площадке в районе Западного Тэбука. Однажды во время бурения с ротора слетел элеватор: скользко было. И моя правая рука попала под его крышку. Все могло бы быть куда серьезнее, но только расплющило фалангу мизинца. Конечно, потом комиссия разборку устроила, но моей вины в этом не было.

 

ЧТО ПРАВИТ МИРОМ

И понял тогда молодой помбур, как опасна его профессия, сколько требует собранности и внимания. Получил хороший урок, но не испугался. Наоборот, этот случай даже раззадорил: захотелось ему стать таким профессионалом, как известный мастер Иван Маркович, прошедший лагеря ГУЛАГа. Он, профи высокого уровня с образованием в два класса школы, любил поговаривать: если полюбишь дело – ни за какие коврижки не бросишь. Так у буровика Полушина и произошло: любимая работа стала смыслом всей жизни, и поменять ее он и не помышлял.

– Конечно, я очень переживала за мужа. Зная его отчаянный характер, боялась, что будет «геройствовать», а ведь у бурового станка разное может случиться, – говорит Галина Михайловна. – Но выбора не было: любил муж свое дело, да и работа с позиции тех лет оплачивалась достойно. Так что в нашей семье, где росли два сына, проблем с финансами не было. Любили мы вместе отдыхать – побывали на морях и в санаториях. Жили и живем очень дружно. Я замужем вот уже почти полвека, но никогда не стремилась построить карьеру – не до того было за семейными хлопотами. Работала на скромных должностях на радиоузле, в детских садиках.

Аркадий же в передовиках числился, трудился в буровых бригадах известных мастеров Сергея Шадрина, Валентина Варенцова, Ивана Попова. Поэтому на Доске почета предприятия и объединения и его фотография не была редкостью.

Возвращение буровика-«кочевника» после трехнедельной вахты на пятидневную побывку домой для домочадцев всегда было радостью, особенно когда он доставал с шифоньера свою гармошку.

Но был период, когда больше года гармонь молчала. Тогда сын Сергей, десантник, служил в Афганистане, охранял самого Бабрака Кармаля. Получил ранение в ногу. Сколько тогда пережили родители – не описать, но поддерживали друг друга, успокаивали.

С того времени многое у старших Полушиных изменилось, и прежде всего статус – теперь они пенсионеры. Сыновья их давно обзавелись своими семьями, вот растут уже внуки. Но эти ветераны Нижнего Одеса остались прежними – молодыми душой, добрыми, улыбчивыми. От них во все стороны идут потоки душевного тепла: так легко и весело, с шуткой общаются они друг с другом и с окружающими. Видно, что они умеют получать удовольствие от жизни и в преклонном возрасте, потому что великая сила любви не покинула их гостеприимный уютный дом.

– Я очень счастлива, что попала в эту семью. И стала сразу для них родной, – заметила Галина, жена младшего сына Полушиных, Виктора. – Я обрела для себя еще одних замечательных маму и отца, которыми восхищаюсь и которых очень-очень люблю.

– И я тоже, – добавил самый младший из Полушиных девятилетний Данька, подтвердив известную истину: миром правит любовь.

Тамара СИВЕРУХИНА

На снимках из личного архива: супруги Полушины в 60-е годы

Оставьте комментарий

Пролистать наверх